ЗАЧЕМ ПОЛИЦИИ ТЕЛЕФОННЫЙ СПРАВОЧНИК?
Рецензия на спектакль «#ЯнеБоюсьСказать»,
основанный на историях участников одноименной акции.
14 ноября в рамках фестиваля «BRUSFEST» зрители могли увидеть хореографические этюды о насилии в постановке Аллы Сигаловой. О дипломном спектакле выпускников мастерской Дмитрия Брусникина «#ЯнеБоюсьСказать» — в рецензии Медиацентра фестиваля.
Интенсивная музыка, энергичные движения, рисунок сменяется ещё более сложным и ритмичным — в спектакле Аллы Сигаловой все танцуют как в бродвейском мюзикле. Но неожиданно из шумного карнавала один за другим начинают выходить артисты, чтобы рассказать истории самых разных проявлений агрессии: от физического насилия до психологического прессинга в адрес тех, чья национальность или сексуальная ориентация не приглянулись агрессору.

Тема насилия в искусстве не нова. Свидетельством человеческой жестокости и нечеловеческих мучений от неё был центральный образ визуального искусства — «Распятие». А к гендерным вопросам нас отсылали сюжеты древнегреческой мифологии, повторённые в живописи эпохи Ренессанса и Барокко. Прошли века, и художники сместили фокус с эстетического изображения насилия на представление жестокости и тирании как социальной проблемы общества. В таком контексте о насилии говорят современные кинематографисты — Томас Винтерберг, Ларс фон Триер и Тотд Филлипс с недавно вышедшей картиной «Джокер». Но насколько тема насилия может быть осмыслена инструментарием современного театра?

«#ЯнеБоюсьСказать» — это хореографическая постановка с элементами вербатима. В ней экспрессивные, пластичные и эротичные танцы в исполнении красивых девушек и юношей прерываются чтением откровенных монологов наших современников — женщин и мужчин, которые в рамках флешмоба #ЯнеБоюсьСказать выложили в интернет личные истории о столкновении с насилием. Этот спектакль не заигрывает с вербатимом, модной техникой документального театра, а совмещает реальный текст с физическим переживанием. «#ЯнеБоюсьСказать» — попытка исследования сегодняшней реальности с помощью современной речи и языка танца.

Как это происходит? — На сцене танцуют пары под романтическую джазовую композицию Софи Такер «The man I love». Вдруг приглушенный свет прорезает вспышка, и в освещённом кругу оказывается молодой человек, который признаётся, что в детстве залезал девушкам под юбки. Теперь ему очень стыдно. Снова вспышка ─ девушка вспоминает, как, обороняясь, убила мужа. А вот парень в сексуальной форме полицейского игриво кладет руку на ширинку одного из участников карнавала. Позже он расскажет, зачем на самом деле в отделении полиции лежит толстый телефонный справочник.

Кульминацией спектакля становится бешеный танец под музыку с африканскими мотивами. Ритуальные звуки барабанов отсылают зрителей к первобытной природе желания и животной страсти. Это неслучайно, ведь насилие — примитивнейшая и самая доступная ответная реакция в агрессивном мире. Спектакль указывает на необходимость создания механизмов, которые будут сдерживать жестокость. Задача постановки — способствовать развитию самосознания людей.

Российский театр всё ещё находится в поиске художественного языка, с помощью которого можно осмыслить проблему насилия. Мы учимся говорить о проблемах сексуальной идентичности и травматического прошлого. Но в последние годы голоса жертв насилия начали звучать со сцены. Только зачастую разговор о насилии в них приобретает метафорический характер. Например, спектакли Центра имени Мейерхольда «Абьюз» (2017) и «За белым кроликом» (2019) совмещают в себе несколько параллельных миров, существующих по законам разных жанров.

«#ЯнеБоюсьСказать» устроен по-другому: документальные монологи жертв соединяются с эстетикой игрового театра. Художественные решения в постановке работают на создание агрессивной среды: яркие костюмы, громкая музыка, сексуальные движения, простая сценография — металлические трубы и неоновые вывески. Из этого наэлектризованного мира искусственно, но отчетливо прорываются голоса жертв.

Почему коллективная работа с темой жестокости так важна? Хэштег #ЯнеБоюсьСказать в какой-то момент стал всё чаще мелькать в скандальных заголовках новостей шоу-бизнеса, превратился в «желтушный» инфоповод и перестал восприниматься всерьез. Спектакль же предлагает художественное переосмысление проблемы насилия, пытаясь вернуть к ней доверие зрителя.

Автор: Анастасия Фоломеева
Фото: Галина Фесенко
Made on
Tilda