ОТГОЛОСОК ДЕТСТВА
интервью с создателями оперы «де-ба-рр-ка-де-рр»: режиссёром филиппом виноградовым и композитором анной поспеловой
анна поспелова и филипп виноградов. фото: союз композиторов россии и region29.ru
Как погрузить зрителей в чужие воспоминания так, чтобы он столкнулся со своими? Как напомнить то, что казалось навсегда утерянным? Композитор Анна Поспелова и режиссёр Филипп Виноградов рассказывают о работе над оперой «Де-ба-рр-ка-де-рр»: о замысле постановки, о пограничном мире воспоминаний и о том, как передать это в жанре оперы.
текстовой основой вашего спектакля стала пьеса элины петровой. как вы её нашли, и чем она вас заинтересовала?

Филипп Виноградов: Я познакомился с Элиной в Петербурге и попросил её прислать мне несколько своих пьес. Среди них был «Де-ба-рр-ка-де-рр». Материал мне понравился, зацепил необычной структурой, захотелось с ним поработать.

Анна Поспелова: Филипп предложил мне изучить этот текст, и я написала к нему музыку. По жанру «Де-ба-рр-ка-де-рр» — это пьеса, но в ней нет реплик. Мы не понимаем, кто что говорит. С этим интересно работать: с фонемами, с отдельными словами, с членением, со структурой. Пьеса выглядит не как проза, а как современная поэзия. Обычно при работе с текстом перекраиваешь его, настраиваешь под себя, а здесь даже такой мысли не возникло. Мы ни одного слова не поменяли.

почему жанром вашей постановки стала опера?

Ф.В.: Этот спектакль нельзя назвать оперой в классическом смысле. В нём пение обрамляет воспоминания главной героини, местами оно строится из обрывков фраз.

А.П.: Мы долго думали, как обозначить жанр работы, и приняли решение, что это именно опера, потому что во главе угла стоит музыка, а не действие. Музыкальная партитура структурирует спектакль.

почему в выборе исполнительницы вы остановились на виктории мирошниченко? в чём уникальность этой актрисы?

Ф.В.: Поработать с ней нам предложила художница спектакля Аня Гребенникова. Мы созвонились с Викой, договорились, встретились в Центре Вознесенского — и всё получилось. В этом плане нам очень повезло. Вика точно почувствовала текст, нашла к нему подход.
сцена из спектакля «де-ба-рр-ка-де-рр». фото: максим змеев
как вокальный ансамбль помогает актрисе раскрывать замысел спектакля?

А.П.: В пьесе собраны голоса нескольких персонажей: девочки, её мамы и бабушки, а также отца, образ которого мелькает: то ли он есть, то ли его нет. Всё хитро переплетается, перетекает одно в другое. Подчас непонятно, какой персонаж говорит, какую эмоцию переживает. Мы пришли к мысли, что так показана трансформация женщины из ребенка в мать, а потом в бабушку — сборный персонаж из женских голосов. В итоге, получилась история девочки, пророщенная через слои поколений и воспоминаний. Мы задумались, кто мог бы хорошо это спеть, и пригласили Олю Власову с вокальным ансамблем.

в вашей работе отчётливо выделяется женский дискурс: автор и композитор — женщины; в основе истории — автобиографический текст женщины; роли разделены между женским вокальным ансамблем и актрисой. это было задумано специально или вы не стремились расставлять гендерные акценты?

Ф.В.: Мы не планировали делать упор на это. Но мужской голос дал бы спектаклю другую окраску, внёс бы иные интонации. Мы сосредоточились на истории женщины. Так бывает, что и дедушка, и отец ушли, и образуется женская семья: мама, бабушка и дочка. Это обстоятельства жизни, они делают образ мужчины ускользающим.

А.П.: Текст пьесы автобиографичный, и мы плывём по волнам воспоминаний драматурга Элины Петровой. Ловим обрывки воспоминаний, замороженные фрагменты, картинки из прошлого.

вы общались с драматургом, работая над постановкой?

А.П.: Да, мы много разговаривали, когда я писала музыку. Мне было важно понять, какие переживания Элины повлияли на текст. В нём много личного, это чувствуется.
сцена из спектакля «де-ба-рр-ка-де-рр». фото: максим змеев
а в вас откликается этот текст?

А.П.: После премьерного показа мы обсуждали спектакль со зрителями. Удивительным образом он откликается у всех, каждый замечает в нём что-то личное. Кто-то будто открывает фотоальбом и видит старую фотографию, кто-то вспоминает образ бабушки. Для меня отголоском стал момент, когда выносят стул для главной героини. Такой же стул, один в один, был у моего дедушки. Это провоцирует сильные воспоминания из детства.

Ф.В.: Меня зацепил образ дебаркадера — абстрактный и при этом очень конкретный. Это сооружение стоит на берегу реки — неуютное, пограничное между берегом и водой. Благодаря этому возникает объем. Дебаркадер, кстати, реально существовал. Это был плавучий дом подруги Элины, где они в детстве проводили много времени. Читая текст, я цеплялся за свои воспоминания. Например, у меня на словах «ржавая облезлая краска» сразу появляется картинка. И основной задачей спектакля было погрузить зрителя в такую атмосферу, чтобы у каждого сработал механизм пробуждения памяти.

почему вы решили ставить спектакль в пространстве центра вознесенского?


Ф.В.: Мы очень благодарны Центру Вознесенского, позволившему использовать свою площадку. Материал пьесы тематически подходит этому месту — по внутренней поэзии, по структуре. Здесь создаётся дополнительный контекст поэзии 60-х годов, с которой пьеса, как мне кажется, имеет тесную связь.

что для вас самое ценное в получившейся постановке?

Ф.В.: Ценно, что проект выращен нами от и до: найден материал, выдуман и воплощен образ, который обсуждался при первой встрече. Мы не работали с посредниками в лице театра или художественного руководителя. И, конечно, нам очень повезло с командой, где все были готовы выкладываться на 100 процентов.

текст: клавдия резникова

Made on
Tilda